(1882-1941)
James Augustine Aloysius Joyce
 

3.5.1. Ирландский топос пространственной одновременности

Как указывалось в первом разделе настоящей работы, топос пространственной одновременности строится тремя видами опыта — прошлым, эпифаническим и вневременным.

В идиостиле Джойса речевыми составляющими прошлого опыта являются конструкция used" + инфинитив, предлог "after" и перфектные видовременные формы глагола.

По сравнению с «Дублинцами», предложения с конструкцией used + инфинитив обогащаются пространственно-временными показателями прошлого. Ниже временной показатель "then" и глагол «помнить», образующий тезаурусные связи с доминантой «память», вместе с конструкцией выражают прошлый опыт: You remember? Then you used to address the Jesuits as father, you remember? [P, 230]. В «Поминках» конструкции часто сопутствует временный показатель "that time": and how they used to be at that time in the vulgar ear [FW, 384].

Лингвотипологическое свойство конструкции передавать прошлый опыт проявляется в следующем: 1) основной глагол выражен формой продолженного вида, подготавливающей вхождение в эпифанический опыт: And all the priests used to be dining there [P, 261]; ...and they used to be getting up from under [FW, 393]; 2) конструкция входит в сложноподчиненное предложение с придаточным времени: ...when I was in Belgium I used to see them out cycling... [P, 176]; 3)в эллиптических предложениях опускается подлежащее: Used to change three suits in this day [U, 165]; 4) в эллиптических предложениях с опускается основной глагол в конструкции: ...and bore me down like he used to [FW, 201]; 5) в вопросительных предложениях отсутствие вспомогательного глагола "did": ...that we used to be blurring on the blotchwall of his unkempt house. Used they? ...where used to be blurried the Prollmens of the Incabus. Used we? [FW, 13]; ...usedn't she make her a simp or sign to slip inside by the sullyport? [FW, 200]; 6) включение конструкции во временную последовательность прошлого опыта: And then after that they used to be so forgetful [FW, 296]; 7) нарушение порядка слов в конструкции: The Inns of Dungtarf where Used awe to be he [FW, 16] (в «Улиссе» подобное нарушение ограничено вынесением адвербиального оборота перед конструкцией: Cleverest fellow at the junior bar he used to be [U, 187]).

Повторяемость конструкции внутри предложения или в разных самостоятельных предложениях выделяет прошлый опыт. Например: ...she knew children that used to play with protestants and the protestants used to make fun of the litany of the Blessed Virgin. Tower of Ivory, they used to say, House of Gold! [P, 40].

Лингвотипологической чертой предлога "after" является указание на направленность к эпифаническому опыту. Следует отметить, что в речи дублинцев прошедшее время часто передается предлогом "after" (ирл. Tar eis), что влияет на частотность его употребления. Пример: And he after stuffing himself till he's fir to burst [U,437].

Как и в «Дублинцах», в идиостиле Джойса перфектные формы постоянно указывают на прошлый опыт.

Эпифанический опыт включает "now", "this", "here", указывающие на пространственную одновременность: I wanted to have now concluded... Hence this. But tomorrow is new day will be. Past was it today. What now is will then tomorrow as now was be past yester [U,727]

Лингвотипологическими единицами эпифанического опыта являются:

1) глагольные формы продолженного вида: His mind was waking slowly... His soul was waking slowly, fearing to awake wholly. It was that windless hour of dawn when madness wakes [P, 247];

2) причастия I в адвербиальных оборотах, выносимых в начало предложения: Anyhow, upon weighing the pros and cons, getting on for one as it was, it was high time to be retiring for the night... [U, 881]

3) вопросительные и побудительные предложения: Do others see me so? [U, 363]; Hold hard! [U, 364]; Weep not for me, О daughter of Erin! [U, 711];

4) номинативные предложения: Agenbite of inwit. Inwit's agenbite [U, 363].

Лингвотипологическими единицами, выражающими симультанный вневременной опыт, являются топонимы, реалии религиозной, культурной и литературной жизни, вневременные сентенции.

У Джойса симультанный ирландский топос проявляется в обращении к устной ирландской традиции иммрама, известного с VII—VIII веков. Иммрам повествует о мореплавании «на веслах» в водах Северной Атлантики. Р. Трейси считает, что Джойсу было известно мнение французского знатока кельтской истории и культуры Джубанвиля об Одиссее как о повествовании по типу иммрама, а также его сравнение раннекельтского общества с гомеровским временем. Согласно Р. Трейси, Джойс придал «Улиссу» ирландскую парадигму, опираясь на ирландские народные сказания и «Одиссею». Помещая «Улисса» в ирландский топос, Джойс провел параллель между дублинскими улицами, североатлантическим "мореплаванием иммрамом и восточным Средиземноморьем Гомера [Tracy 2002: 225—226].

К вневременному ирландскому топосу относятся также ассоциативные повторы, слова-саквояжи, нарушения норм стандартного английского языка (непрямой порядок слов при передаче вопросов в косвенной речи, вынесение глагола в абсолютное начало предложения, употребление форм продолженного вида с любой глагольной формой и тому подобное) [Attridge 1988; Wales 1982: 148—149; Wight 1997: 118]. Так, на примере неологизма "scherzarade" У. Эко показывает, как объединение слов "scherzo", "charade", "sheherazade" в лексическом метаплазме заставляет видеть подобное между шуткой, загадкой и деятельностью повествователя [Eco 1988: 23].

Рассмотрим, как образуется ирландский топос пространственной одновременности в эпифанизациях «Улисса».

В «Протее» личный опыт Стивена эпифанизирует микрокосомос Ирландии в общечеловеческий макрокосмос. В прошлый опыт входят: 1) темпоральные показатели, в семантике которых выражено значение «тогда, раньше»: Looking for something lost in a past life [U, 69]; Heavy of the past [U, 68]; I was a strapping young gossoon at that time... [U, 66]; 2) тезаурусные связи с доминантой «память»: Remember your epiphanies [U, 61]; 3) пространственные показатели, в семантике которых выражено значение «там, не здесь»: Disguises, clutched at, gone, not here [U, 66]; 4) конструкция used + инфинитив: When I was in Paris, boul "Mich", I used to. Yes, used to carry punched tickets to prove an alibi [U, 63]; 5) предлог "after": After he woke me up last night same dream or was it [U, 71]; 6) антиномия «там / здесь», «тогда / сейчас»: These heavy sands are language tide and wind have silted here. And there, the stone heaps of dead builders, a warren of weasel rats, Hide gold there. Try it [U, 67]; Paradise of pretenders then and now [U, 69].

Эпифанический опыт маркируется: 1) темпоральным показателем "now" и его эквивалентами: О, touch me soon, now [U, 74]; 2) пространственным показателем "here" и его эквивалентами, включая адвербиальные обороты со значением локальной ориентации: Here, I am not walking out to the Kish lightship, am I? [U, 67]; Here [U, 72]; Along the edge of the mote he holloped [U, 70]; Flat I see, then think distance, near, far... [U, 73]; 3) глагольными формами продолженного вида (концентрация форм продолженного вида объясняется также тем, что в английской речи дублинцев они более частотны, чем в стандартном английском языке): Am I walking into eternity along Sandymount Strand? [U, 56]. Пример конверсии наречия в глагол в форме продолженного вида: I am almosting it [U, 71]; 4) предлоги, указывающие на направленность в пространстве: Down, up, forward, back [U, 61]; 5) побудительные и вопросительные предложения: Open your eyes [U, 56]; How? Why in" [U, 58].

В симультанный вневременной опыт включается кельтская мифология: The whitemaned seahorses, changing brightwindbridled, the steeds of Manannan [U, 58]. Мананнан, как и его отец Лер, связан с морской стихией. Он часто описывается как всадник, скачущий по морю или едущий по нему на колеснице. Его владения находятся на острове Ман. Воспоминания об ирландском прошлом, которым "предается Стивен, направлены на святого Каниса, основавшего монастырь в Килкенне, и Ричарда Фитцджералда, имевшего родовой замок в Hope: Old Kilkenny, saint Canice, Stronghow's castle on the Nore [U, 66].

Морфологическим показателем вневременности является настоящее неопределенное время: I pull the wheezy bell of their shuttered cottage: and wait. They take me for a dun, peer out from a coign of vantage [U, 58]. Синтаксическим показателем следует назвать номинативные предложения, которыми вербализуется вневременная истина: The simple pleasures of the poor [U, 70]. Как и в двух первых видах опыта, здесь имеются свои темпоральные показатели: Day by day: night by night: lifted... [U, 75]. Вневременность передается ассоциативными повторами с предлогом "of": Of Ireland... of hopes... of Arthur Griffith now [U, 65]. Симультанный вневременной опыт проявляется также в упоминании целого ряда мыслителей и писателей: Аристотель, Шекспир, Мильтон, Свифт, Блейк, Теннисон, Уайльд, Йейтс и другие: Houyhnhm, horsenostrilled [U, 60] — ирландский топос эксплицируется словом, придуманным Свифтом; Wilde's love that dare not speak the name [U, 74] — напоминание о лондонском ирландце Оскаре Уайльде.

У Блума перемещения на пути в библиотеку являются составными эпифанического опыта пространственной одновременности: 1) темпоральные указатели «настоящего»: Must be a corporation meeting today [U, 245]; That Kilkenny people in the national library now [U, 268]; Now that's a coincidence [U, 245]; Like that priest they are this morning [U, 229]; 2) пространственные указатели перемещения; адвербиальный оборот выносится на начало предложения: From Butler's monument house corner he glanced along Bachelor's wall [U, 225]; I pick the fellow in black. Here goes. Here's good lad [U, 241]; 3) формы продолженного вида, включая эллиптические предложения с опущенным подлежащим: Elijah is coming. Dr. John Alexander Dorvie, restorer of the church in Zion is coming [U, 224]; Looking about waiting for him [U, 225]; 4) аккумулятивные предложения, в которых употребляются формы продолженного вида, причастия настоящего времени сменяются причастиями прошедшего времени, превалирует номинативность: простое перечисление в односложных предложениях, предложениях-словосочетаниях и предложениях, осложненных однородными членами.

Эпифанический опыт Блума обобщает житейские наблюдения, как ниже, где схвачен ритм городской жизни через понятие «дома»: Cityful passing away, other cityful coming, passing away too: other coming on, passing on. Houses, lines of houses, streets, miles of pavements, piledup bricks, stones, Changing hands. This owner, that. Landlord never dies they say. Other steps into his shoes when he gets his notice to quit. They buy the place up with gold and still they have all the gold. Swindle in it somewhere. Piled up in cities, worn away age after age. Pyramids in sand. Built on bread and onions. Slaves. Chinese wall. Babylon. Big stones left. Round towers. Rest rubble, sprawling suburbs, jerrybuilt. Kerwan's mushroom houses, built of breeze. Shelter for the night. No one is anything [U, 244—245].

По нашим данным, у Блума преобладают прошлый и симультанный вневременной опыт. Его прошлый опыт Блума, как и у Стивена, актуализуется через темпоральные показатели с семантическим значением «тогда, в прошлом»; тезаурусные связи, образуемые доминантой «память»; пространственные показатели, семантизирующие «тогда, не здесь»; конструкцию used + инфинитив и предлог "after". Новыми по сравнению с прошлым опытом Стивена у Блума являются: 1) сравнительная степень прилагательного: Happy. Happier then [U, 231]; 2) указательное местоимение "that": Those races are on today. How long ago is that? [U, 230]; Windy night that was... [U, 231]; Gave her that song [U, 231]. Предложениями по типу "Windy night that was" (перифраз "It was a windy night") подчеркивается английская речь Блума как дублинца; 3) наслоение настоящего, передаваемого указательным местоимением "this", и формы глагола в прошедшем времени, что создает эффект одновременного вхождения прошлого опыта в настоящий: Who is this she was like? [U, 239]; 4) повторяемость действия, выраженная наречием "again": Out he goes again [U, 237]; 5) упоминание о прошлом опыте в номинативных предложениях, лишенных временных указателей: Police whistle in my ears still [U, 242].

В симультанный вневременной опыт включаются ассоциации, навеянные: 1) дублинскими реалиями: Swans from Anna Liffey swim down here sometimes to preen themselves [U, 227]; 2) как и у Стивена, прошлым Ирландии: That last pagan king of Ireland Cormac in the schoolpoem... Saint Patrick converted him to Christianity [U, 252]; 3) легко узнаваемыми литературными аллюзиями: Robinson Crusoe had to live on them [U, 227]; Dog in the manger [U, 234]; 4) философствованием на житейские темы: That is how poets write [U, 226]; Because life is a stream [U, 228]; Undermines the constitution [U, 225]; Phosphorus it must be done with [U, 224]; No gratitude in people. Humane doctors, most of them [U, 241]; Policeman's lot is oft a happy one [U, 241]; No grace for the carver [U, 244]; They say you can't taste wines with your eyes shut or a cold in the head [U, 271]; They cook in soda. Keep you sitting by the tap all night [U, 247].

Аккумулятивные предложения с перечислениями слов и словосочетаний, семантика которых претендует на масштабное обобщение, проникают во вневременной опыт Блума, которому свойственна эллиптичность: Birth, hymen, martyr, war, foundation of a building, sacrifice, kidney burntoffering, druid's altars... [U, 224].

В «Пенелопе» множатся формы продолженного вида, указывая на процесс, протекающий как в прошлом, так и в настоящем: he felt it was getting too warm [U, 1019]; ...what was he doing there where hed no business [U, 1019] — прошлый опыт; ...but theyre coming into fashion again [U, 1029] — настоящий опыт, соотносимый с прошедшим через наречие "again". Формы продолженного вида в перфекте выражают действие, исключающее значение завершенности в прошлом опыте: ...he had been keeping away from the hose [U, 1019]. В прошлом опыте Молли выделяет как конкретный момент в протекании действия, так и определенный период. Пример конкретного опыта в прошлом: I was dying to find out [U, 1020].

В прошлый опыт включаются причастные обороты, образованные причастием I. Пример глагольного словосочетания, где в качестве его зависимого компонента причастие I выражает незавершенный процесс: I took off my glove slowly watching him [U, 1019]. Пространственная одновременность проявляется в контактности причастий настоящего времени, как ниже: ...where the statue of the fish used to be when I was passing pretending he was pissing standing out for me to see it [U, 1031]; waiting always waiting ... me waiting [U, 1036].

В предложения с причастием I включаются пространственные указатели ("where", "there") и временные указатели: the time going to the Marlow Concert [U, 1022]; about he drinking the champagne out of her slipper after the ball was over [U, 1028]; she stood there standing when I asked her [U, 1040] — в данном примере характерным является тавтологический повтор разных форм одного глагола, что обеспечивает совмещение значений действия в прошлом и в конкретный момент его протекания в прошлом.

Наряду с продолженными формами активного залога привлекаются продолженные формы пассива: ...the first time after him being insulted and me being supposed to be his wife [U, 1030]. Принимая во внимание частотность продолженного вида в английской речи дублинцев, такими построениями стирается грань между видами опыта.

Как Блум и Стивен, Молли часто прибегает к конструкции used + инфинитив: ...we used to compare our hair mine was thicker than hers [U, 1035] — в этом высказывании Молли, как и Блум, пользуется дополнительно сравнительной степенью прилагательного для сравнения прошлого и настоящего опыта. Общим является обращение к настоящему неопределенному времени при выражении значения вневременности: he never can explain a thing simply the way a body can understand then he goes and burns the bottom out of the pan [U, 1031]. Молли прибегает к обобщающим сентенциям в стиле Блума: theres many a true word spoken in jest [U, 1041].

Вместе с тем именно Молли свойственно параллельное использование разных форм одного глагола, соотносящих с разными временными плоскостями: and wasn't it natural so it is of course [U, 1020]. Она несколько раз употребляет формы продолженного вида с наречием "always", выражая негативное отношение к действию: he was always breaking or tearing something in the charades [U, 1020]. Ее речи свойствен эмфатический вспомогательный глагол, соотносящий с прошлым опытом: he did look a big fool dreeping in the rain [U, 1020]. Как и Блум, она пользуется указательным "that" для отсылки к прошлому опыту: hr wrote me that letter with all those words [U, 1020]; not like that other fool Henry Doyle [U, 1020].

У Молли непрекращающийся ритмически организованный поток ведет к совпадению трех видов опыта. Если у Стивена, носителя стандартного английского языка и представителя ирландской культуры, топос пространственной одновременности равномерно распределяется по видам опыта, то у супругов Блумов они смешиваются. У Молли все подлежит эпифаническому опыту, познанию себя в настоящем опыте "yes".

Таким образом, ирландский топос представлен на шкале пространственной одновременности тремя видами опыта. К лингвотипологическим маркерам ирландского топоса пространственной одновременности относятся конструкция used + инфинитив, предлог after, перфектные формы глагола (прошлый опыт), причастия I и формы продолженного вида (эпифанический опыт), топонимика и реалии религиозной, социокультурной жизни Ирландии (вневременной опыт).

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

Яндекс.Метрика
© 2017 «Джеймс Джойс» Главная Обратная связь