(1882-1941)
James Augustine Aloysius Joyce
 

§ 4. Тема мести в романах «Улисс» и «Средиземное море»

В четвертом параграфе нам кажется интересным обобщить весь материал по «Литературному Дневнику» Висенте Бласко Ибаньеса. Нас прежде всего интересует, что именно увидел испанский писатель, когда читал роман «Улисс» Джеймса Джойса и писал свой. Следует отметить, что Рамон Мартинес де ла Рива в своей книге «Висенте Бласко Ибаньес. Его жизнь. Его творчество. Его смерть» полностью приводит не только записи Бласко Ибаньеса, но и свое собственное их прочтение. Мы хотим обратить внимание на то, что не всегда биографу удалось точно понять замысел испанского писателя. Нам кажется уместным, при дословном переводе «Литературного Дневника» предложить свою трактовку и записей, и романа «Средиземное море». Обоснованием данного подхода может послужить литературоведческий анализ, который и будет представлен в данной главе.

Для удобства мы сгруппировали высказывания Висенте Бласко Ибаньеса по двум направлениям. С одной стороны, он в своем «Литературном Дневнике» размышлял о причинах, побудивших Джеймса Джойса написать именно такой роман. С другой стороны, Висенте Бласко Ибаньесу больше всего понравился образ Леопольда Блума, с которого он и списал своего Улисса Феррагута. Надо отметить, что испанский писатель никогда не был склонен к полному копированию. Скорее, он взял за основу Леопольда Блума и начал развивать его, исходя из собственных представлений об обывателе. По этим причинам мы и разделили записи Висенте Бласко Ибаньеса на два параграфа. В третьем описываются причины, по которым, как показалось испанскому писателю, Джеймс Джойс обратился к образу Улисса. У Висенте Бласко Ибаньеса была своя точка зрения, которая ни в одной из доступных нам монографий не излагалась. Нам кажется интересным, что нижеприведенные данные позволят по-новому взглянуть на всемирно известное произведение. В любом случае Висенте Бласко Ибаньес внимательно читал роман «Улисс», делал заметки в «Литературном Дневнике», а затем многие идеи и приемы перенес в свой роман «Средиземное море». По этим причинам позволим себе сделать выборочный анализ. Нас в данном параграфе интересует только записи, относящиеся к роману «Улисс». На них мы и сосредоточим внимание.

Нам кажется интересным попробовать соединить все записи Висенте Бласко Ибаньеса об «Улиссе», приводящиеся в разных главах книги Рамона Мартинеса де ла Ривы. Сложность заключается в том, что биограф не напечатал текст «Литературного Дневника» в одной главе. В своей книге Рамон Мартинес де ла Рива сначала рассказывает о фактах из жизни Висенте Бласко Ибаньеса, затем приводит текст его произведений и черновики (в том числе и «Литературный Дневник») вместе со своими комментариями, а в конце даются воспоминания современников испанского писателя. По этим причинам не всегда удается выделить из этого огромного материала записи, относящиеся к «Литературному Дневнику». И все же это возможно благодаря особому стилю, присущему данному произведению.

Интересно отметить, что собранный нами материал по «Литературному Дневнику» позволяет точно установить мнение Висенте Бласко Ибаньеса о романе «Улисс». Некоторые записи касаются мотивов, по которым, как показалось испанскому писателю, Джеймс Джойс обратился к мифу об Одиссее. Нам показалось целесообразным сначала привести весь собранный нами материал, а только потом прокомментировать. В некоторых случаях мы позволили себе в скобках дать расшифровку некоторых сокращений, использованных Висенте Бласко Ибаньесом в «Литературном Дневнике». Записи располагаются в том же порядке, как их напечатал Рамон Мартинес де ла Рива с учетом необходимых сокращений. Некоторые из них, особенно абзацев, связаны с тем, что после цитат биограф излагает свои комментарии, которые не всегда соответствуют приведенному сначала материалу. По этим соображениям мы позволили себе исключить некоторые предложения, сосредоточившись только на записях Висенте Бласко Ибаньеса, в которых упомянут роман «Улисс» Джеймса Джойса. Мы также позволили себе опустить записи, касающиеся военных действий французов времен Первой мировой войны. По указанным причинам ниже приводим выборочные цитаты из «Литературного Дневника», в которых Висенте Бласко Ибаньес дал свою трактовку темы мести в романе «Улисс» Джеймса Джойса. В отличие от первой главы, в которой высказывания испанского писателя подтверждались текстологическим анализом, во второй мы ограничились только подбором и переводом, ибо они представляют не отдельные предложения, как в случае с «Валенсианскими рассказами», а развернутую точку зрения, не требующую дополнительного комментария. После описания темы мести в «Улиссе» далее следуют наброски романа «Средиземное море». Мы позволили себе их использовать во второй части данного параграфа. Она посвящена анализу темы мести в последнем, датируемым декабрем 1917 года издании романа «Средиземное море». А сначала обратимся к «Литературному Дневнику» испанского писателя, к его первым записям о новом произведении Джеймса Джойса.

«Я вижу интересную закономерность, особенно когда снова перечитал рассказы J.J. (Как мы уже писали, это принятое в «Литературном Дневнике» сокращение имени Джеймса Джойса.) И что самое интересное, это то, что его родной город Д1. совершенно не при чем. Мне показалось, что J.J. [Джеймс Джойс] никогда не сможет ни понять, ни описать других людей или чужую судьбу. Его творчество сосредоточено только на нем самом, на вариантах его личной судьбы и его собственной личности. Как мне кажется, во всей его прозе разрабатываются только те образы главных героев, которые отражают его представления о самом себе или о происшествиях, случившихся в его жизни. В итоге получается, что в произведениях J.J. описаны только варианты его собственной судьбы. И именно это рождает такой эмоционально-насыщенный текст, в котором все сконцентрировано вокруг главного героя»2.

«Не знаю, насколько эффективен мой метод, когда я просто забываю свое «Я» и превращаюсь в своего персонажа, но он хотя бы позволяет не только достоверно описывать то, что и как я вижу в окружающем меня мире, но и помогает мне лучше разобраться в самом себе. Ладно, хватит восхвалять себя. Лучше вернусь к J.J. Возвращение к закономерности. Рассказы + текст нового произведения. Закономерность: разочарование в католицизме ведет к пустоте в душе, которая постепенно превращается в месть»3.

«Месть продолжается и становится все сильнее. Ее породили боль и отчаяние, рожденные от разочарования в чистой и прекрасной вере в чудесную сказку для детей под названием «Католицизм»»4.

«Натуралистические описания, особенно это касается продуктов и процесса поглощения пищи, это тоже свидетельствует о бунте против католицизма. Я хорошо помню, что мои родители запрещали мне, когда я был маленьким, не только описывать свои ощущения от съеденных продуктов, но даже упоминать о еде. «Ты должен быть хорошим католиком, иначе не попадешь в рай. А чтобы им стать, необходимо забыть про это бренное тело, а уж тем более не описывать свои ощущения и чувства. Все это приведет тебя к дьяволу», — так часто говорила мне мама. И что самое удивительное, я очень долго не мог четко описать свои собственные ощущения. Мне пришлось просто заново сопоставлять свои чувства и слова, чтобы научиться точно описывать их в своих романах. Мне стало понятно, почему во второй части так много описаний продуктов и их процесса поглощения. Все это связано с бунтом против внушенных с детства предрассудков. И привело это к другой крайности: слишком много одинаковых описаний. Создается такое впечатление, что J.J. просто упивается своим бунтом. И это иногда мешает понять смысл не только отдельных фраз, но целых абзацев. Мне это не понравилось: слишком много эмоций и практически отсутствует смысл, тем самым делая весь текст бессознательно-бессмысленным. Не очень понятны задачи, которые ставил перед собой автор. Что-то не верится, что он ограничился только своим собственным внутренним бунтом»5.

«Его месть выражена (дословно — персонифицируется) в образе главного героя, который мстит всем и вся. Он мстит жене, которая допустила смерть сына. Он мстит обществу, которое не вылечило его сына. Он мстит Богу, который позволил маленькому ребенку умереть. Месть окружает главного героя. Он, скорее всего, даже ее не осознает, но именно она во многом определяет его мысли и чувства. И по этим признакам видно, как авт. [авторский] замысел, рожденный внутренней болью от разочарования, выплескивается в эмоционально-насыщенный текст, весь проникнутый местью и отчаянием. Возможно, это выход: дать излиться своей боли, позволить ей заполнить себя, а потом выйти (дословно — родиться) словами из тебя и превратиться в прозаический текст»6.

«Что мне показалось самым прекрасным и одновременно ужасным в этом новом произведении J.J.? Это прежде всего бессознательность самого автора. Мне кажется, что он не перечитывал свой собственный текст, когда закончил его писать. А ведь я многое узнаю о себе самом, только когда заново перечитываю уже написанное»7.

«В этом новом произведении есть только эмоциональная окраска при полном отсутствии какого-либо даже намека на осознанность происходящих в нем событий. Да и выбор главного героя также был подсказан болью и отчаянием от разочарования в религии, потому что на место католического священника, как это описано в рассказах, приходит язычник, но и он не удовлетворяет J.J., потому что он явно забыл, что сначала была Греция, а Рим — это гораздо более позднее явление»8.

«Здесь видна еще одна закономерность: увлечение личностью образованного padre [имеется в виду католический священник] сменилось увлечением образом того, кого католическая церковь отвергает и клеймит, — Улисса. И как мне показалось, J.J. вообще не понял содержание мифа и «Одиссеи» Гомера. Ему важно было только досадить католической церкви, поэтому я, как ни вчитывался, не нашел ни одной цитаты из «Одиссеи». Да и главный герой не имеет ничего общего с Улиссом. Вывод очевиден: J.J. сначала разочаровался в католицизме, затем решил заполнить образовавшуюся пустоту язычеством, которое он никогда не понимал и не принимал. В итоге все свелось к формализму. По-моему, J.J. только по формальным признакам выбрал Улисса, хотя его главный герой имеет гораздо больше общего с Иисусом: еврей, отчуждение в семье, непонимание близких и т.д. И текст нового произведения это ярко показывает»9.

Именно тему мести Висенте Бласко Ибаньес заимствует у Джеймса Джойса. «И все же, несмотря на неразработанность, меня очень привлекает описанная J.J. месть нового «Улисса». Хочу в своем произведении поработать с этим материалом. Мне кажется, что месть можно по-другому обыграть. Да и главного героя сделать более похожим на мифологического Улисса»10. Важно отметить, что образ Леопольда Блума привлек внимание Висенте Бласко Ибаньеса. Это подтверждается не только вышеприведенной цитатой, но и другими записями, сделанными в «Литературном Дневнике». И особо обращает на себя внимание то, что испанский писатель связывал тему мести с образом главного героя. Это важно подчеркнуть, ибо и в его романе Улисс Феррагут мстит немцам за смерть своего сына. Далее мы приведем цитаты из «Литературного Дневника», в которых описан Леопольд Блум. Данный материал позволяет не только более четко установить связи между романами «Улисс» и «Средиземное море», но и проясняет точку зрения Висенте Бласко Ибаньеса.

«На первый взгляд кажется, что главный герой только в мыслях переживает смерть своего сына. Но это не совсем так. Скорее, это своеобразный рефрен произведения, его второстепенная линия, которая никак не разработана в произведении. Хотя она может стать причиной многих поступков главного героя, как только перестанет быть пассивной. Главный герой должен осознать ее, найти виновного, а затем отомстить не только мысленно, но и своими поступками. Именно это я и хочу отразить в своем романе: смерть ребенка, осознание этого факта обоими родителями, а уж затем описать последствия»11.

«Надо выдвинуть месть на первый план, а не на второй. Ведь это причина, а все остальные мысли и поступки только следствие»12. После этого высказывания в «Литературном Дневнике» неразборчиво написана буква. Традиционно (точнее: так ее расшифровал Рамон Мартинес де ла Рива) ее считают «Y» и связывают с именем главного героя романа «Средиземное море» Улиссом Феррагутом. Но нам кажется, что испанский писатель имел в виду рукописный список романа «Улисс» Джеймса Джойса, и буква — это заглавная «U» (принятое в «Литературном Дневнике сокращение имени главного героя романа «Улисс» Леопольда Блума). Обоснованием этой расшифровки служит то, что данная запись сделана в контексте вышеприведенных.

«Непонимание между супругами очень точно описано. Особенно мне понравилось то, что общее горе (смерть ребенка) не объединило, а разобщило родителей. Каждый из них переживает его сам в своей душе. При создавшейся напряженности в отношениях брак все же сохраняется, потому что никто из них не думает о разводе. Это я тоже хочу позаимствовать»13.

Далее мы покажем, как испанский писатель раскрыл тему мести в своем романе «Средиземное море». Она появляется только ближе к концу произведения. Висенте Бласко Ибаньес как бы постепенно подводит читателя к ней. Следует отметить в этой связи, что в романе разрабатываются две стороны личности Улисса Феррагута. Первая из них — это результат социального и семейного воспитания. Под влиянием этой личности Улисс поступает и учится на юридическом факультете Университета Валенсии, женится на Синте де Бланес. И к ней относится его желание отомстить немцам за торпедированный корабль, на котором плыл его сын. Мы предлагаем назвать эту сторону личности Улисса «внешней», ибо она сформировалась под влиянием окружения и обстоятельств.

В романе «Средиземное море» главный герой описан как человек, подчиняющийся одновременно законам общества и своим собственным желаниям. Одна сторона его жизни принадлежит второй личности, которую мы предлагаем назвать «внутренней». Под ее влиянием Улисс влюбился сначала в Средиземное море, а затем в Фрейю. Это сторона личности главного героя — его внутренний мир, иногда постоянный, иногда изменчивый. Для Улисса он очень важен, потому что отражает его истинную суть, его настоящую натуру. И очень значимо, что под влиянием второй личности главный герой бросает учебу в Университете и отправляется в плавание. Потом он никогда не разочаровывается в своем выборе. Скорее, время, проведенное в Университете, для него окажется пустым и скучным. Как и его брак с Синтой, когда в период между двумя одиссеями Улисс попытался проводить все время на суше вместе с матерью, женой и сыном. Он никак не мог привыкнуть к комфорту и безопасности, а также к новому восприятию воды. Ведь до этого момента Средиземное море было для него живым: иногда союзником, иногда противником, но всегда равным и изменчивым. На суше Улиссу оставалось только наблюдать за мертвой водой. Он именно так воспринимал Средиземное море во время своего вынужденного отдыха. Для моряка мелководье и пассивное плавание означало только смерть любимого божества. Возможно, именно поэтому Улисс так неоднозначно воспринял смерть матери. С одной стороны, горечь утраты заполнила его сердце. С другой, радость от оставленного матерью наследства переполняла душу моряка: он наконец смог купить свой корабль и снова отправиться в плавание. И, как и в описанном эпизоде, Улисс всегда одолевали противоречивые чувства.

Еще раз напомним, что тема мести возникает в романе в связи со смертью сына главного героя, Эстебана Феррагута. Интересно то, как отреагировал Улисс. Желание мстить немцам возникло у его «внешней» стороны личности, тогда как «внутренняя» приняла данный факт как должное наказание за совершенный проступок. Напомним, что известие о смерти сына Улисс получил сразу после того, как передал немецкой подводной лодке топливо и продовольственные припасы. Этим поступком он нарушил главное правило, которому его научил Отец-Океан: нельзя смешивать войну и природу. Иначе тебя настигнет расплата. И наказанием Улисса стало известие о торпедированном корабле, на котором плыл его сын Эстебан на поиски пропавшего без вести отца. Во время переоборудования корабля главный герой понял свои настоящие чувства. Он на самом деле не любил своего сына, потому что никогда его не знал. Вечно в круизах, вечно в морских плаваниях моряк просто не успевал заниматься сыном, которого вырастила мать. Улиссу скорее льстило, что у него растет такой замечательный мальчик, успехами которого восхищаются все знакомые. Но это заслуга его жены. А для него Эстебан так и остался чужим и незнакомым человеком.

Интересно, что впервые о мести заговорила жена Улисса во время панихиды. Именно она заронила в сердце мужа первое семя ненависти. Улисс прекрасно понимал, что все окружающие требуют от него соответствующих действий. И не по велению сердца, а по приказу со стороны родственников главный герой перестраивает свой корабль и вступает во французскую армию. Интересно, что Улисс думал, что для него снова наступает период скуки и разочарования, как это было в Университете. Но в действительности все оказалось несколько иначе. Возможно, здесь сказалось то, что и «внутренняя» сторона его личности одобрила вступление в армию союзников. Ведь по ее логике Улиссу необходимо вымолить прощение у Отца-Океана. А сделать это проще всего с помощью французов, которые только защищали свою территорию и были против использования торпед в Средиземном море. Этой же позиции придерживался сам Улисс до встречи со Фрейей. По этим причинам главный герой активно включился в операции, разрабатываемые французским командованием. Ему даже понравился связанный с ними риск. Чувство опасности просто пьянило его и доставляло много удовольствия. И в то же время Улисс удивлялся, что он так и почувствовал в душе ненависти к немцам. Он их воспринимал больше как соперников, как противников в шахматной партии. И это доказала встреча с Фрейей и возобновление связи с ней. И в конце романа Улисс наконец ощутил, что прощен Отцом-Океаном. Впервые в жизни он почувствовал себя единой личностью. Первый раз в его душе исчез конфликт между требованиями других людей и его собственными желаниями. Улисс наконец ощутил внутри себя гармонию и счастье, которые до этого момента были недостижимы. И только когда эти чувства полностью завладело его душой, корабль настигла торпеда. Все поглотил взрыв. А Улисс вместо ужаса или паники ощутил восторг и радость от того, что он, как и все его предки, достоин стать частью свиты Матери Амфитриты. И моряк сам бросается в пучины Средиземного моря.

Представленный анализ показывает, что тема мести выдвинута на первый план. Может показаться, что она является главной причиной поступков Улисса. Но благодаря описанию самоанализа главного героя тема мести за смерть сына оказывается внушенной ему другими людьми. Сам Улисс ее не чувствует, а только подчиняется мнению окружающих его людей, потому что не видит для себя иного выхода. Можно сказать, что ему было все равно, чем заниматься. К этому следует добавить чувство вины перед персональным божеством Улисса — Отцом-Океаном. И именно сочетание внушенных другими людьми поступков и собственным раскаянием толкает моряка на военную службу. Тот факт, что смерть сына не была главной причиной этого поступка, доказывается тем, что перед смертью Улисс даже и не вспомнил о Синте и Эстебане.

Нам хочется подчеркнуть, что судя по записям Висенте Бласко Ибаньеса, испанский писатель заимствовал тему мести у Джеймса Джойса.

Но если в «Улиссе» она была главной причиной и в то же время не указывалась прямо в тексте, то в «Средиземном море» все наоборот. После панихиды по Эстебану Феррагуту все знакомые Улисса говорят о мести. А у самого главного героя не было ни сил, ни желания спорить с ними. Но эта внушенная окружающими мысль так и не превратилась в чувство. И Улисс не смог никого ненавидеть, не смог никому отомстить, потому что им двигали другие мотивы. Вот так Висенте Бласко Ибаньес переиграл заимствованный у Джеймса Джойса мотив.

Примечания

1. Имеется в виду город Дублин. Как мы уже писали, в записях «Литературного Дневника» 1917 года встречается очень много сокращений. В каждом случае мы постараемся в скобках указать полный вариант слов и аббревиатур.

2. Martinez de la Riva, Ramon. Vicente Blasco Ibañez. Su vida. Su obra. Su muerte. Madrid, 1928, p. 48.

3. Ibid. p. 53.

4. Ibid. p. 57.

5. Martinez de la Riva, Ramon. Vicente Blasco Ibañez. Su vida. Su obra. Su muerte. Madrid, 1928, p. 62.

6. Ibid. p. 66.

7. Martinez de la Riva, Ramon. Vicente Blasco Ibañez. Su vida. Su obra. Su muerte. Madrid, 1928, p. 68.

8. Ibid. p. 69.

9. Martinez de la Riva, Ramon. Vicente Blasco Ibañez. Su vida. Su obra. Su muerte. Madrid, 1928, p. 71.

10. Ibid. p. 75.

11. Ibid. p. 69.

12. Ibid. p. 70.

13. Martinez de la Riva, Ramon. Vicente Blasco Ibañez. Su vida. Su obra. Su muerte. Madrid, 1928, p. 75.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

Яндекс.Метрика
© 2017 «Джеймс Джойс» Главная Обратная связь